– Святовит, – взывал Нонне, – явись!
– Святовит, Святовит! – воскликнуло сразу несколько тысяч голосов. – Явись, явись!
Вдруг что-то блеснуло над холмом. Сотни труб, рогов загудели все в одно мгновенье. Ворота храма распахнулись. Все, кто стоял у подножия холма, как подкошенные, пали ниц.
В открывшихся воротах ясно был виден блиставший на солнце уродливый истукан. Он представлял собой грубо сделанную гигантскую фигуру человека с одной поднятою, а другой опущенной рукой. Венок из длинных игл, изображавших молнии, окружал голову идола. В поднятой руке он держал огромных размеров рог, в опущенной – исполинский меч.
Это был Святовит, божество славян-вендов.
У подножия истукана стоял старый Бела, казавшийся маленьким в сравнении с гигантским идолом. Левой рукой Бела указывал на Святовита, правая простерта была по направлению к народу.
– Вот Святовит! – воскликнул он.
– Вот Святовит! – эхом повторил стоявший перед храмом Нонне.
– Вот Святовит, вот бог! – крикнули разом дружинники.
Крик их подхватила толпа. Неистовый восторг объял рюгенцев; они кричали, шумели, даже рыдали. Слышалось безумие в этой массе звуков. Варяги и те были увлечены общим порывом.