– На щит его! Да будет он вождем нашим!
– Слышишь, Владимир? – положил Бела руку на плечо славянского князя. – Тебя варяжские дружины избирают своим вождем. Я сделаю все. Исполнишь ли ты свои обещания?
– Исполню, – ответил тот, – лишь бы мне отомстить за кровь брата и сесть в Киеве.
– Помни только, я тебе даю, я и возьму!
Пока они говорили, словно живая волна всплеснулась на вершину холма. Это с громкими кличами взобрались среди рядов дружинников и жрецов беспорядочною толпою рюгенские варяги и прибывшие накануне скандинавы. Разом Владимир был приподнят с земли десятками дюжих рук. Еще мгновение и, поднятый на щит, он возвысился и над жрецами, и над толпами народа. Опять смешались в один нестройный хаос звуков звон мечей, щитов, громкий клич, и лишь по знаку Белы на мгновение водворилась тишина.
– Народ рюгенский и вы, варяги и норманны, – воскликнул Бела, – взгляните, вот вождь Святовита!
– Да здравствует вождь! – как один человек ответила толпа. – Да здравствует!
С торжественными криками спустили Владимира варяги на щите с выси храма и понесли его между волнами народа, громко восклицая:
– Кто против избранного вождя, пусть выйдет!
Никто не выступил.