Вадим угрюмо замолчал. В мозгу его черные мысли роились. Гневом кипел он на спасшего его варяга, вспомнив предсказание Мала. Гнев этот и черные мысли породил.
Страшное дело замыслил Вадим.
Оттого-то он прямо в глаза Избору глядеть не может и свои очи от его очей отводит.
Мрачный вид Вадима обеспокоил его спутника. Он приписывал его усталости, только что перенесенному волнению, но далек был от каких бы то ни было подозрений.
Вдруг взгляд Избора упал на мокрый песок, где ясно отпечатались человеческие следы.
– Гляди-ка, князь, это что такое? Мы здесь не одни, кажется, – показал он следы Вадиму.
Тот тоже взглянул и вздрогнул всем телом.
– Мы пропали! – воскликнул он с испугом. – Никто не смеет, кроме жрецов, ступать сюда. И следы оставил не кто иной, как страшный волхв.
– Волхв? – побледнел в свою очередь и Избор. – Ты так думаешь, княже? Но откуда же взялся он? Ведь он нем сколько уже лет ничего в наших краях не слышно.
– Ничего не значит! Он живет в этом лесу, это говорил мне старый Велемир, жрец Перуна. Да и кому же здесь более быть, как не ему, этому страшному волхву. Надо бежать, бежать.