– Из-за чего у вас на Ильмене такие пошли раздоры? – спрашивали они у новгородских мужей.
– Побыли с варягами, – отвечали те, не скрывая даже своего горя, – посмотрели на них, да от них такому озорству и научились. Что теперь и делать, не знаем.
– Страшные дела на Ильмене творятся. Что и говорить, последние времена для народа славянского пришли. Стыдно молвить: при варягах куда лучше и спокойнее жилось.
– Да, если так пойдет, – слышалось другое мнение, – снова придут к нам варяги или другие какие чужеземцы, верьте слову, голыми руками нас перехватают.
– А теперь, после того как прогнали мы их, не дадут уже никому пощады. Пропадет земля славянская.
Так говорили в Нове-городе, где ясно видели печальные последствия раздоров, но не так думали в родах.
Действительно, наглядевшись на пришельцев, родичи вдруг набрались храбрости.
Никого, кроме своих, на беспредельных пространствах земли славянской не было, не с кем было схватиться – силами померяться, и вот, за недостатком чужих, роды боролись и бились друг с другом.
Наконец мало показалось им страны приильменской.
Стали все чаще и чаще повторяться разбойничьи нападения на соседних кривичей, весь, мерю, да чудь голубоглазую.