– Так! Скорее, Соня, скорее, птичка!… Я съездил, узнал все. Недаром мы начали это дело! Еще немного – и мы будем богаты… понимаешь: богаты! Но путь к богатству лежит через графскую корону, которую ты должна надеть во что бы то ни стало.
– И надену! – задорно воскликнула Софья. – Который раз я это говорю тебе!
Она была хороша в эти мгновения. Воодушевление придало блеска ее глазам, щеки разрумянились, тонкие ноздри раздувались, грудь вздымалась. Куделинский смотрел на нее с восторгом.
Через несколько минут Софья и Куделинский выходили из квартиры.
– Вы, Настя, – приказала Софья горничной, – когда придет этот господин, высокий, бледный, впустите его и попросите подождать… Только вот что… Пожалуйста, не вздумайте рассказывать ему о Станиславе Федоровиче; скажите, что я одна уехала.
– Помилуйте, барышня, – обиделась Настя, – будто я махонькая, не понимаю!
– То-то! Предупредить все-таки лучше… Больше никого не принимайте. Идем.
Они стали спускаться по лестнице.
– Нехорошо, Соня, что квартира с одним входом, да притом еще на двор, – заметил Куделинский.
– А что?