— Две!
— Наша фирма берется исполнить подряд даром!
— Согласен приплатить 30 тысяч…
— 50 тысяч!
— 100 тысяч…
— Двести…
— Позвольте, позвольте, господа, — перебил Имеретинский разгорячившихся агентов. — Мы не только не можем согласиться получать с вас какую бы то ни было сумму денег, но даже решительно настаиваем на том, чтобы заплатить самим истинную стоимость работ.
Но это заявление не остановило криков с самыми соблазнительными предложениями.
Расчет представителей заводов был ясен: исполнение работ для самого модного и славного предприятия всего мира послужило бы им широкой и блестящей рекламой. Этим и объяснялось кажущееся бескорыстие фабрикантов.
Наконец, вышел вперед толстый человек небольшого роста, до сих пор молчавший; он медленно и веско сказал: