— Слушай, Иван Александрович, — тяжело ответил правитель. — Мы русские. Свои земли оберегать будем всечасно и навеки, даже если не останется ни одного бобра. Не за прибытки только кровью омыт берег. Коли пришла нужда, линейным фрегатом будет и байдарка… Я силу и славу во всю жизнь мою имел и страшен был неприятелям, потому что имел и с друзьями и с союзниками неразрывную дружбу и чистую душу… Поймаешь корсара — повесишь на рее. По статуту военного корабля. Таков мой тебе наказ. С висельником вернешься сюда…
Он снова отошел к столу и больше не оборачивался. Только когда Лещинский и Кусков покинули зал, он приблизился к Гедеону, все еще шевелившему серыми, шершавыми губами, приложился лбом к холодному металлу креста.
— Помолись, монах, — сказал правитель глухо. — За меня… Проклял я бога.
Потом ушел в спальню и всю ночь сидел на жесткой скамье у окна.
— Пашка… — шептал он тоскливо. — Пашка…
Глава девятая
Ее мир был велик и просторен. Беспредельное море и ветер, певучий и влажный. Далекие, белые, будившие неясную мечту Кордильеры. И лес, темный, звучащий лес, затопивший равнину и горы, всю землю до самого неба, до молчаливых строгих хребтов. Простой, неизведанный мир.
Невысокая, сероглазая, гибкая, с заплетенными по-индейски мягкими косами, опущенными за ворот ровдужной парки, бродила она по лесной гущине, по скалам, слушала звон горных ключей. Часто сидела на высоком утесе у морского берега, вглядывалась в бесконечную, всегда неспокойную, водяную пустыню. Следила за полетом белоголового орла, прилетавшего к морю за дневной добычей.
Однажды орел сел отдохнуть на ту же скалу. Он был большой и старый. Изогнутый серый клюв весь в зазубринах, круглые глаза были мутными. Казалось, он очень устал. Опускались веки, дрожали крылья. Рядом на камне лежал серебристый палтус — тяжелая морская рыба.
Девушка негромко вздохнула. Ей было жаль дряхлевшего хищника. Орел встрепенулся, поднял белесую голову, увидел притаившегося человека между камней. Махнув крылом, он схватил рыбу, тяжело взлетел. Но палтус выскользнул из когтей и упал в расщелину. Тогда девушка достала рыбу и снова положила ее на верхушку скалы.