Жалея жену, торопился Терентий Иванович. Скорее — и все! Дальние проводы — лишние слезы!
— Чего ты, дурочка, плачешь, — мягко обратился он, хватаясь за стремя, — вернусь через час, и только!
Бандит поглядел на другого — прищурился. Женщина зарыдала в голос. Кони пошли.
Золотом обливало взошедшее солнце поляны. Розовыми цветами кудрявилась в утреннем паре заиндевевшая тайга.
Дружной рысью бежали кони, весело шли, поевши овса. Только люди, невыспавшиеся и бездомные, ехали мрачно...
Терентий Иванович впереди. Чуть позади его, почти-что рядом, рысил начальник. Тот самый, который взял золото и говорил с крыльца амбара. Немного позади — с десяток всадников. Главный отряд остался на прииске.
Звериное положение было у Терентия Ивановича, и хитрил он зверино! Принял сразу простодушный и даже глупенький вид. Взглядывал нерешительно:
Так ли он едет? Никогда не случалось ему провожать военных...
Развязка была недалеко. Еще полверсты и свороток налево, на Каменушку. Дальше незачем было хитрить, — в колоде остались последние карты.
Не даром явился Корней, не даром съедал глазами — теперь припомнит!