Где-то, вдали за тайгой, дробно застукала очередь пулемета.
Самородок
Золотой самородок в двенадцать фунтов — это лепешка с ладонь. А попробуйте ее приподнять со стола!
Сидим мы в заезжем доме Нейнинского прииска и, конечно, выпиваем. Но аккуратно, без шума, потому что в казенных квартирах спиртные напитки не разрешаются.
Очень чувствую я себя хорошо — отправляемся завтра в дальнюю тайгу всей артелью. Надоело здесь граммы сшибать, хотим настоящее золото вспомнить!
Вожаком — Иван Миронович. Не вытеки глаз у него позапрошлым летом от взрыва, — красивый бы был мужчина.
Бородища черная, будто фартук к губам подвязан. Шаровары из плиса, приискательские — по-старинке, штанина в метр шириной!
Разговариваем мы натурально, о том и о другом.
Как Никишка Попов на пари простенок лбом вышибал, и смеемся. Гармонист баян понужает — гуляй, братва-летучка!
Ванька не смог стерпеть — ударил вприсядку. Половицы поют, по окошкам дребезг, на столе самовар танцует.