Орлов отер с лица налипший уголь, уперся локтями и дико слушал.
Издали властно стучались в каменный гроб. Орлов безумно расширил глаза и заплакал.
— Не забыли! — все более удивлялся он и плакал все жарче, все неистовее.
Слезы были горячие и капали на остывшие пальцы.
— Не один! Не один! — убеждал он себя, и эти слова переворачивали душу. Он схватил попавшийся ключ и застучал им в ответ.
Безмерная благодарность вспыхнула к людям, которые разбивали сейчас двери тюрьмы. Неслыханно бились сейчас люди за его спасение. За спасение Сашки-Орла, взломщика и бандита!
От этого и перевернулась его душа...
Сашка сладил с собой, утер рукавом глаза и тут же торжественно поклялся:
— Будь я лягавый, а я отплачу! Сердцем своим, рукой, правдой и кровью. Всем!
Осознал, что для этого нужно жить. А поэтому деловито подергал прижатой ногой и испугался.