Поплюев тоже поднялся вслед за ними. Качнувшись раза два, он подступил к архимандриту:
— Батя!.. а, батя!.. Уважь!.. Прошу тебя, останься!
— Уважу коли дурость бросишь, а то прощай, брат!
— Н-нет, ты без кондиций… ты просто останься…
— Невозможно… Окаянный ты, говорю — невозможно!
— Не хочешь? — решительно подступил к нему Поплюев, ухватясь за широкий рукав его бархатной рясы.
— Не могу! — развёл тот руками.
— Вдругорядь пытаю: не хочешь?
— Ни сану, ни обстоятельствам не подобает.
— Эй, батя, в последний раз говорю: останься… Не хочешь?