— Это само собою разумеется! — поклонился тот, вполне соглашаясь со своим гостем. — Но буде вы уйдете из-под ареста, то рискуете быть арестованным Санкт-Петербургскою явною или тайною полициею. Вам это желательно?
— Мне это решительно все равно.
— Как "все равно"?.. А Малая Морская улица?
Хвалынцев в замешательстве и в несколько тревожном недоумении вскочил с дивана.
— Ну, вот видите, я говорил вам, что вы еще не совсем спокойны. Оно так и есть! — полусмеясь, заметил Свитка. — Ложитесь-ка лучше опять, и пейте, и курите, и ведите беседу, как подобает мужу мудрому.
— Все это прекрасно, — возразил студент, возвращаясь на диван в прежнее свое положение, — но…
— Что такое но! — лукаво улыбаясь, прищурился Свитка.
— Но?.. Но вы начинаете говорить загадки.
— А! на то и существуют на свете загадки, чтобы их отгадывать. Вы видите, что мне кое-что известно, и — поверьте слову — я бы никак не стал заводить речь о таких деликатных предметах, как Малая Морская улица, если бы в этом не было самой настоятельной надобности.
— Верю вполне, но мне было бы интересно знать, кто вас уполномочил на это?