— Не хотите ли участвовать? Подпишитесь-ка!
— В чем участвовать? На что подписаться прикажете?
— На обед. Мы, от всего нашего общества — ну, и администрация тоже — устраиваем обед в клубе, по подписке — пятнадцать рублей с персоны.
— Да ради чего же это?
— Mais comment[22] "ради чего"! Обед в честь барона фон-Саксена — понятное дело!
— Извините, monsieur Корытников, немножко не понимаю, — недоумевая, возразил Хвалынцев. — Зачем же это в честь барона?
— Ну-у! Voilà la question!..[23] Надо же выразить ему наше… Э-е… наше сочувствие… нашу признательность. Ведь целый край в опасности… Ваши собственные интересы: да и вы сами наконец, comme un membre de la noblesse,[24] можете пострадать, если бы не Саксен, — ведь почем знать, — все еще может случиться!..
— Да; но покамест-то он еще ровно ничего не сделал такого, за что мы могли бы заявлять нашу признательность: человек только что едва приехать успел.
— Ну, вот, как вы все понимаете! — чуть-чуть подфыркнул предводитель. — "Не сделал!" ну, все равно сделает! Это все равно. Так как же? Подпишетесь?
— Нет, уж увольте! — суховато поклонился Хвалынцев.