— Но тут и не один Устинов, тут и другие есть! — многозначительно продолжает Полояров, видимо желая показать, что теперь, после мучений, ему ой-ой-ой как много кое-чего известно!
— Кто же другие? Надо всех знать! Чем больше знать их, тем безопаснее! — горячо наступает на мученика вопрошающий знакомец.
— Есть тут… из наших, из своих же, такие подлецы! — как бы нехотя замечал Полояров.
— Но кто ж? кто?.. Чего скрывать! К позорному столбу их! В «Колокол»! Имена их отпечатать! Пускай же все знают!
— Да следовало бы!.. Вы ведь, кажись, знакомы с господином Фрумкиным?
— Да, я кое-где с ним встречался. А что?
— Да так… Коли знакомы, так раззнакомьтесь и вообще держитесь при нем поосторожней! Это вам мой добрый, приятельский совет; потому, что за охота потерпеть из-за какого-нибудь подлеца, из-за Иуды!..
Знакомец крайне удивлен, однако же и это сообщение принимает к сведению.
— Фрумкин!.. Скажите! Кто бы мог ожидать!.. Мне он казался таким порядочным человеком…
— Н-да-с! Все они порядочные до поры до времени!