— Что же он?
— Старый солдат… заядлый схизматик… на царя своего Богу молится… Нет, человек не годящийся!
— А на школу имеет влияние?
— О! И пребольшое! — сам учит, сам над всем надзирает… Учит, конечно, в своем, в московском духе.
— Гм… вот как!.. Это неудобно… неудобно! Ну, а если б от него перенять как-нибудь школу в другие руки, понадежнее?
— Для дела вообще это было бы хорошо. И люди нашлись бы. Я так думаю.
Ксендз внимательно поднял глаза на своего собеседника.
— А есть на примете? — спросил он.
Учитель в знак утверждения склонил голову.
— Из наших? — продолжал Кунцевич с легкой улыбкой.