Компания хохотала, находя своего презуса в высшей степени остроумным человеком.
— Я прошу отпустить меня… мне, право, некогда, да и не место мне здесь, — совершенно просто и серьезно проронил отец Сильвестр свое первое слово.
— Пляши, пане попе! Пляши без возражений! Хуже будет! — настойчиво кричала ему вместе со своим презусом компания хмельных асессоров.
Священник стоял неподвижно и холодно-серьезным взглядом смотрел на своих судей.
— А, не хочешь! Гей, хлопцы, бери его под руки и пляши!.. Панове, надо песню! без песни что за трепак!
И презус затянул неверным хмельным голосом:
С там-тэй [24]страны Вислы
Компала сен [25]врона,
А пан поп наш мыслял,
Же то его жона!