— Ваше благородие, ничего слышать не изволили?
— Ничего. А что?
— Да так-с… собаки больно разлаялись…
— А и вправду! — заметил я. — Даже разбудили было меня, проклятые!
— Так точно-с, — подтвердил вахмистр, — очинно беспокоились, а особливо Шарик наш.
— Что ж за причина? — спросил мой сожитель.
— Кто его знает! Ночные сказывали, будто ходило что-то… Они заприметили на обходе, словно бы белое что-то около фольварка по лесу бродит… и собаки все в лес швырялись.
Мы с Алроней невольно переглянулись.
— Это, ваше благородие, надо быть, все та… французинка! — помолчав и таинственно понизив голос, заметил вахмистр.
— А ты откуда про нее знаешь?