Вошла бедно одетая женщина с лицом, истощенным заботою и нуждою.
— Чем могу служить? — произнес Морденко свою обычную в этих случаях фразу.
— Пришла вещь свою выкупить.
Лицо ростовщика приняло угрюмый оттенок: он очень не жаловал выкупов.
— Фамилия? — отрывисто спросил Морденко.
— Иванова.
— Что заложено?
— Кольцо обручальное.
— Это, матушка, не ответ. Мне надо знать, какое: золотое или серебряное? У меня ведь не одна ваша вещь хранится, — внушительно выговаривал он.
— Золотое, — сообщила женщина.