– Нет, право, словно бы видела, где-то… Лицо ваше очинно мне знакомо… Да постой-ка, постойте! – приложив руку ко лбу, стала припоминать Сашенька-матушка. – Чуть ли я не у генеральши вас видела… Генеральшу фон Шпильце знаете?
Маша вспыхнула и даже невольно как-то сконфузилась.
– Да, знаю, – процедила она сквозь зубы.
– Ну, так и есть! Она вас молодому князю Шадурскому сосватала – так ли я говорю?
Маша потупилась и не знала, что отвечать.
– Ах, молодая барышня, какие вы конфузливые!.. А вы со мной по простоте – я человек открытый. Ну, да вот точно: чем больше гляжу на вас, тем больше вспоминаю. Ведь сосватала она вас? Чего скрывать-то! Ведь правда?
– Да, к несчастью, правда, – с глубоким вздохом сожаления прошептала девушка.
– Фью-ю! – нагло присвистнула агентша. – Есть о чем сокрушаться! Чего тут? Не один, так другой, не другой, так третий! Было бы болото, а черти найдутся, пословица-то говорится.
Маше стало неловко, отчасти даже скверно, и вообще как-то не по себе после этих бесцеремонных слов.
– Мне не надо ни одного, ни другого, ни третьего, – промолвила она, безразлично глядя в сторону. – Довольно!.. Будет уже с меня бродить этой дорогой!