– В самом начале… Да откуда вы это знаете! – с нетерпеливой досадой подернув бровями, промолвила баронесса.
– Ваш же Владислав поспешил сообщить отрадную новость, – усмехнулся Каллаш. – Он очень досадует, да оно и понятно, потому – в самом деле – для наших компанейских операций ваше критическое положение не совсем-то удобно. Придется ведь вам уехать месяца через два, а тут, как нарочно, в это время самые горячие дела подоспеют. И ведь это, как хотите, а в некотором роде скандал, беременность-то ваша!
– То есть, как скандал?
– Как? Очень просто! По пословице – шила в мешке не утаишь. Ведь Карозич слывет в обществе под именем вашего родного брата. А как вы полагаете, кого станут называть вашим любовником? Ведь уж и теперь кое-где смутно поговаривают, что это – сомнительный братец, а когда будущий фрукт окажется налицо, тогда вам придется только кланяться и благодарить за поздравления, тогда никого не разуверишь.
Баронесса задумалась.
– Нечего делать, придется уехать, – проговорила она как бы сама с собою.
– Отъезд ваш испортит дела компании, – возразил Каллаш.
– Да… Ну, что ж с этим делать?
– Что делать? Извлечь посильную выгоду из своего критического положения.
– То есть, как же это? Я не понимаю…