22-го февраля.
Сегодня на Иокогамском рейде и в самой Иокогаме опять праздник, да и не только в Иокогаме, а и в Токио все дома, по крайней мере на главных улицах, разукрасились флагами. Пошел узнать, что за причина такого торжества. Оказывается, Гавайский король приехал, король Калакауа I. Иокогамский дантист Гулик, бывший у него когда-то первым министром, встречал его на токийском дебаркадере, в своем отставном министерском мундире с и плюмажем, и затем ехал в дженерикше впереди его кареты и в заключение говорил ему в кирке приветственные слова.
24-го февраля.
Большой парад войск в честь короля Калакауа. Присутствовал сам микадо. При этом королю были представлены все чины дипломатического корпуса. Самый парад ничем не отличался от предшедшего, уже описанного мною; все шло как следует, и даже лошади в горной батарее под вторым орудием, по обыкновению, стали бить и разносить фронт. "Кажинный раз на эфтом самом месте!" невольно вспомнились мне при этом слова одного из типичных рассказов И. Ф. Горбунова. Нового было тут разве один дантист Гулик, необыкновенно довольный своей ролью "близкого к королю человека" и своим плюмажем, который, однако, все ж-таки не мог перещеголять "пакольшицкой шляпы" американского консула.
Король Калавауа, на вид, человек лет тридцати двух или около того, среднего роста и хорошего сложения. Лицо бронзово-смуглое, борода, усы и волосы на голове совершенно черные и курчавые; большие выразительно-добрые глаза, приветливая улыбка; костюм военный, черный мундир с золотыми французскими эполетами, на груди звезда гавайского ордена. В общем, наружность и манеры его производят довольно симпатичное впечатление. Говорят, что беседуя на днях с микадо, он горячо и убедительно доказывал ему необходимость для Японии принятия христианства, коль скоро она уже бесповоротно решилась вступить на путь европейской цивилизации.
27-го февраля.
Вчера я простился с Токио и с семейством К. В. Струве, от всей души поблагодарив его за то радушное гостеприимство и доброе расположение, которыми пользовался столько времени в доме русского посольства. Вчера приезжали на "Африку" проститься с бароном Штакельбергом и офицерами адмиралы Еномото, Кавамута и Накамута и посланники германский и австрийский, а сегодня с тою же целью посетил нас К. В. Струве с бароном Розеном и А. А. Пеликан, наш иокогамский консул. Завтра утром уходим; да оно, пожалуй, и хорошо, потому что здесь уже третьи сутки идет непрерывный холодный дождь, и зарядил он, кажется, надолго…
Нагойе
Уход с Иокогамского рейда. — В океане. — Залив в Овари. — Обедница на крейсере. — В бухте Мия. — Гидротехнические сооружения. — Пристань. — В ожидании дженерикшей, — Город в Нагойе. — Улица Хон-чо. — Кустарно-промышленный характер города. — Яги-бабы. — Английские влияния. — Отель "Прогресс" и его устройство. — Дворик и садик. — Столовая зала. — Визит местных властей. — Тип новых японских чиновников. — Замок Оариджо и его исторические и художественные достопримечательности. — Башня Теней. — Вид с нее на город и окрестности. — Учительский институт и мужская гимназия. — Ткацкая школа для девушек. — Ткацкие и фарфоровые фабрики. — Рисовальщики и процесс разрисовки фарфора. — Киотская и Гоксаевская традиции живописи. — Сигаси-Хонгандзи. — Аачи-Хаку-Бупукан, музей Оварийской провинции. — Обед, данный нам местными властями. — Нагойские гейки. — Концерт на барабанах. — Проводы. — Отплытие из Нагойе и Тоба. — Роковая телеграмма.
28-го февраля.