И Машутка шла и все слушала, как стучит ее сердце.
— Теперь вниз по лестнице, — говорило сердце. — Стук, стук! По ступенькам вниз, стук!
А дальше Машутка и сама знала, что нужно делать. Никто не видел, как девочка мышкой прошмыгнула по двору к сараю, как ухватилась ручонками за толстый кол, как повалила его и вошла в сарай. Волчок сначала зарычал, а потом увидел, что это Машутка, и шевельнул хвостом.
Он лежал в углу, положив морду на лапу, и глаза его плакали от страха и обиды.
«Спасибо, — говорили его глаза, — что хоть ты пришла. Я всегда знал, что ты хорошая».
Но Машутка подсела к нему, обняла его руками за шею и сказала:
— Нет, нет, я дурная, Волчок. Это — сердце у меня хорошее, а сама я — дурная. Хуже меня нет на свете. Только теперь ты не пропадешь, Волчок, — нет, нет, — или мы пропадем вместе.
В это время за дверью голос Трофимыча сказал:
— Вишь, проклятый, даже кол своротил! Форменно сбесился.