Кризисъ сталъ бѣдствіемъ хроническимъ. Кризисъ хлопчато-бумажный, кризисъ металлургическій, всѣ кризисы разражаются сразу, чередуются непрерывно.
Милліонами исчисляется сейчасъ количество рабочихъ, оставшихся безъ работы; десятки тысячъ ходятъ изъ города въ городъ, прося подаянія или требуя съ угрозами работы или хлѣба. Какъ въ 1787 году крестьяне бродили по дорогамъ Франціи, не находя въ этой плодородной странѣ клочка земли для обработки, такъ теперь рабочіе остаются съ пустыми руками, не находя матеріаловъ и орудій, необходимыхъ для производства и захваченныхъ горстью бездѣльниковъ. Богатые промысла внезапно гибнутъ; большіе города, какъ Шеффильдъ, становятся безлюдными. Нищета въ Англіи, гдѣ „экономисты” такъ старательно примѣняли свои принципы, нищета въ Эльзасѣ; голодъ въ Италіи, голодъ въ Испаніи; безработица повсюду, а съ безработицей нужда, вѣрнѣе нищета: посинѣлыя дѣти, женщины, состарившіяся къ концу зимы на пять лѣтъ, болѣзни, косящія цѣлые ряды рабочихъ. Вотъ до чего довелъ насъ ихъ режимъ.
И они намъ говорятъ о перепроизводствѣ! Перепроизводство? Когда рудокопъ, собирающій груды каменнаго угля, не имѣетъ топлива въ самую суровую зиму? Когда ткачъ, вырабатывающій километры матеріи, принужденъ отказывать въ рубашкѣ своимъ оборваннымъ дѣтямъ? Когда каменщикъ, воздвигающій дворцы, живетъ въ конурѣ, а мастерицѣ, изготовляющей роскошные наряды дамъ, нечѣмъ покрыться въ стужу?
Это-ли они называютъ организаціей промышленности? Это, вѣрнѣе, тайный союзъ капиталистовъ для порабощенія рабочихъ.
Капиталъ, этотъ продуктъ труда человѣческаго, не долженъ быть употребленъ, говорятъ они, на земледѣліе и промышленность, какъ на предпріятія слишкомъ рискованныя.
Но гдѣ онъ находитъ себѣ болѣе выгодное помѣщеніе? Куда направляется онъ по выходѣ изъ несгораемыхъ шкафовъ? Куда? Онъ идетъ на омеблировку гаремовъ султановъ, на веденіе войнъ, на поддержку русскихъ противъ турокъ и въ то же время турокъ противъ русскихъ. Употребляется онъ на учрежденіе акціонерныхъ обществъ, основанныхъ не для производства чего бы то ни было, а имѣющихъ цѣлью черезъ какіе-нибудь два-три года кончить грандіознымъ крахомъ, конечно, послѣ того, какъ тузы-основатели удалились, унося съ собою милліоны — плата за иниціативу.
Пойдетъ онъ также на постройку никому ненужныхъ желѣзныхъ дорогъ въ Сенъ-Готардѣ, въ Японіи или даже въ Сахарѣ — лишь бы Ротшильды, инженеръ и подрядчикъ нажили на этомъ предпріятіи по несколько милліоновъ.
Но, главнымъ образомъ, капиталъ идетъ на ажіотажъ: на игру на биржѣ. Капиталистъ будетъ спекулировать на искусственномъ повышеніи цѣнъ на хлѣбъ и на хлопокъ; онъ будетъ спекулировать на политикѣ, на повышеніи государственныхъ бумагъ, вслѣдствіе ложно пущеннаго слуха о различныхъ реформахъ или дипломатическихъ переговорахъ; и, большею частью, агенты самого государства будутъ наживаться на этихъ спекуляціяхъ. Ажіотажъ, убивающій промышленность, вотъ настоящее положеніе, вотъ что они называютъ разумнымъ веденіемъ дѣлъ. Вотъ для чего мы должны, какъ они говорятъ, содержать ихъ!
Экономическій хаосъ достигъ своего апогея.
Но скоро ему настанетъ конецъ!