С потерянной нежностью плачет, зовет и лепечет,
И бьется у ног унесенное, смятое счастье.
Отчаявшись в ловле, в догадках измучась, изверясь,
Глядим в изумленье, во власти тупого испуга:
Мы жались друг к другу как дети, как тихие звери,
И вот, на дыбы подымаясь, ощерились мы друг на друга.
Вернемся же к точке исходной. Я помню, как все это было:
Взволнованный ветер, и ветви усеявший снег.
В счастливых — до боли — глазах от внезапного блеска рябило,
И слепком блаженства стихал застывающий смех.