Читает мне жизнь
Какого-то прохвоста и забулдыги.
Нагоняя на душу тоску и страх.
Чорный человек,
Чорный, чорный…
(Чорный монах, читающий над усопшим — типичная галлюцинация при белой горячке).
«Чорный Человек», как произведение литературное, страдает целым рядом промахов и недостатков. О них мы поговорим ниже. Но приходится признать, что некоторая убедительная правдивость в поэме наличествует — не потому ли, что призрачный образ Чорного человека для Есенина был последней и непревзойденной реальностью?
Безумие, бред, с которого начинается поэма — уже во второй строфе разрастается до пределов полной галлюцинации:
Голова моя машет ушами,
Как крыльями птица,