Поговорив о том, о сем, сбивается старик на излюбленное.
О чем ни начнет рассказывать, а уж всегда революцией кончит.
— Революцию я поддерживаю. А плохо живется пока, так ведь всем плохо. И понимать надо, отчего и кто виноват.
Все от ихнего брата — буржуя.
Не любил Савелич господ.
— Служил я им много. Горбат не от времени, а от поклонов. А что за службу? Сына лишили. Вот тебе и награда вся.
Рассказывает старик о пятом годочке. Ванька слушает, глаз с него не спускает.
— Тебя еще, огольца, и на свете тогда не было. Революция тоже была. Я тогда в Сормове на заводе служил. А Сашуха в Москве, у Липгарта. Парень был умница. Он меня на правильные мысли навел, на все эти дела глаза открыл. Как и что все это я понял.
Убили Сашуху на баррикадах. А меня с завода по шапке.
За слова за разные, В тюрьму хотели, ну от тюрьмы отбоярился. Только с завода махнули и без права приема.