— Да, они возделывают виноградники, плетут кружева и ткут дорогие материи. Кроме того, у них много больших заводов, на которых выделывается красивая и очень прочная посуда. Вообще, у них крайне оживленный товарообмен, процветанию которого много способствует приморское положение их столицы.
По всей вероятности, это был бы самый богатый в нашем мире народ, не напусти они к себе харимов, которые обирают и эксплуатируют их, а кончат тем, что совершенно разорят страну, если дайтиасы во время не заметят опасности и не примут надлежащих мер.
— Что это за харимы? Во время нашего пребывания у таобтилов я уже слышал это название, но по тому пренебрежительному оттенку, с каким его употребляли в разговоре, я счел было его за какое-нибудь унизительное прозвище.
Сагастос рассмеялся.
— Я вижу, что вы очень наблюдательны, и ваше замечание вполне справедливо. Хотя харимами и называется отдельное племя, но это имя, в то же время, служит действительно прозвищем, так как харимы — отвратительнейший в мире народ. Их алчность, бесстыдство, скверные наклонности, нечестность и хвастовство вошли в поговорку. Поэтому доступ хариму во Дворец магии воспрещен под страхом смерти. Такому же наказанию подвергается всякий ученик, осмелившийся передать научную тайну кому-либо из харимов, ибо те всегда готовы продать все, и предать отца, мать и лучшего друга, раз за это хорошо платят.
— Славный народец! И он всегда был таким? Откуда же он произошел?
— Из бездны тьмы и зла, — с отвращением сказал Сагастос. — Страшное преступление обратило на них внимание всего мира: они продали и выдали Имамона.
Скрываясь от жрецов Ассуры, добрый бог искал убежища у харимов; а те, вместо того, чтобы защищать доверившегося им изгнанника, связали и сами отвезли его к ассурам. Наглость их дошла до того, что, предав Имамона врагам, они стали у самого костра, чтоб лучше видеть, как он будет умирать. Тогда бог, объятый пламенем, изрек над ними ужасное проклятие:
"Блуждайте по земле, как нечистые животные, которые прячутся от света и питаются падалью! Отныне нет у вас ни отечества, ни убежища; все станут ненавидеть и презирать вас, так как вы будете служить несчастьем всякому, кто к вам приблизится, как чума, которая косит население на своем пути".
"Где поселитесь вы, там будут бесплодны нивы, град и молния истребят сады и жатвы, и скот падет от вашего тлетворного дыхания; кто примет к себе одного из вас, у того поля обратятся в пустыню, огонь уничтожит жилище, и останутся ему только посох, да сума нищего".