Продолжая разговаривать, они прошлись по городу и через воздушный мост, перекинутый над пропастью, вышли на дорогу, огибавшую горы, и очутились на другой долине. Перед ними во все стороны тянулись сады, исключительно засаженные большими деревьями с гладкими, темно-красными стволами. Обремененные плодами ветви склонялись почти до земли.
Большие и зубчатые, зеленые листья были испещрены пурпурными и синими жилками; плоды же были разных цветов и величин. Самые маленькие имели зеленый цвет, средней величины — серовато-розовый, а самые большие были белы, как снег.
В сарае около стены на длинных столах были разложены собранные уже плоды. Амара достала из ящика острый нож и два кубка, а потом выбрала два плода: один зеленый, другой серый, длиной около полуметра.
Когда она надрезала первый, то из него брызнул пурпурный, с легким фиолетовым оттенком сок, которым Амара наполнила оба кубка.
— Попробуйте, — сказала она, подавая князю один из кубков.
— Во здравие прекраснейшей из селениток, — восторженно сказал Ардеа, осушая кубок, сам не подозревая, какое страстное восхищение блеснуло в его глазах.
Амара покраснела и засмеялась.
— За благополучие нашего любезного гостя! — ответила она, отпивая несколько глотков.
Желая, по-видимому, замять этот разговор, Амара поспешила взрезать второй плод. Мягкая кора его заключала внутри синевато-розовое тесто, которое резалось, как хлеб.
Ардеа пришел в восхищение от необыкновенно приятного вкуса, пожалев в душе, что на Земле нет ничего подобного. Амара заметила, что напиток из плодов Сама сохраняют целые годы, и что чем он старее, тем делается крепче и хмельнее.