Не получив ответа, он вошел и в изумлении остановился, увидев, что молодая женщина лежит, как мертвая. Предполагая, что она от сильного волнения лишилась чувств, он быстро подошел, но при первом же взгляде на стекловидные глаза узника, дотронувшись до его похолодевшей руки, он глухо вскрикнул и бросился вон из темницы.
У Рансенеба сидели еще двенадцать жрецов и разговаривали о завтрашней казни. Они горько сожалели, что им не удалось получить драгоценных указаний относительно таинственного любовного растения. Среди этих поздних собеседников были также Рома и Аменофис, которые в эту ночь были гостями Рансенеба.
Стремительно вошедший в сопровождении дежурного Аменефта прервал все разговоры. Бледный, дрожа всем телом, старый жрец рассказал про посещение Нейты и к чему оно привело. Все вскочили и бегом бросились в темницу.
Несколько минут спустя, мрачные и сосредоточенные жрецы окружили странную группу. Дрожа от отчаяния и ревности, Рома оторвал Нейту от ненавистного соперника, и с помощью одного из присутствовавших тщетно пытался привести ее в чувство.
К Хоремсебу подошел старик — врач и, осмотрев его, объявил, что тот умер. Относительно Нейты он сказал, что она жива и только в глубоком обмороке. Он посоветовал немедленно унести ее с этого рокового места и оказать ей необходимую помощь. Исполняя это предписание, Рома отнес Нейту в носилки и сам проводил ее во дворец Саргона. Он не хотел в такой неурочный час являться в царскую резиденцию.
Когда Рома ушел, жрецы стали совещаться. Они внимательно осмотрели шкатулку, пустые флаконы и клочки папируса, но эти вещи мало что объясняли.
— Молодая безумица, очевидно, принесла ему какой — то неизвестный яд, который и убил его, а также письмо от одного из сообщников. Но кто мог ей самой дать эти вещи? — сказал Рансенеб.
— Это мог сделать только презренный хетт. Очевидно, он скрывается в Фивах и владеет таким же таинственным ядом, как и его проклятое растение. — Он наклонился и ощупал труп. — Странная смерть! Ни малейших следов страдания, гибкие члены и, в то же время, смертельная бледность, ледяной холод и остановившееся сердце.
После краткого совещания решено было скрыть это происшествие, известное только очень немногим, и совершить казнь, как будто ничего не случилось. Во исполнение этого решения, все совершилось по заранее составленной программе. В присутствии назначенных свидетелей Хоремсеб, поддерживаемый двумя мужчинами, как будто он очень ослабел от страха, был отнесен на маленький двор. Здесь в толстой стене было выбито длинное, узкое углубление. Не потерявшее еще своей гибкости тело было посажено на короткую скамейку и прислонено к стене. Рабочие поспешно стали закладывать кирпичами отверстие ниши, и скоро с глаз присутствующих скрылся ужасный чародей, заставлявший так много говорить о себе, вызвавший столько страданий, смертей и… разговоров.
В этой тесной нише должно было обратиться в прах это тело, так жаждавшее роскоши и удовольствий, и этот гордый и жестокий мозг, бывший таким изобретательным в кровавых наслаждениях.