— Я извещу тебя, когда настанет время. Только ты должен обещать мне, что дашь совершиться преступлению и принесешь мне сердце священного животного.
В эту минуту раздались три легких удара в дверь.
— Тебе пора уходить, Кениамун. Новый посетитель желает меня видеть, — поспешно сказала Абракро. — Не беспокойся, я позабочусь о твоем деле. До свидания.
Когда он вышел на улицу, на лице старухи появилось выражение радости и торжества.
— Наконец — то, — прошептала она, — у меня будет сердце священного овна, рожденного в стадах Тутмеса и по жертвованного им храму Амона! Теперь я уверена, что Хатасу победит, а он падет.
Очень довольный и полный самых блестящих надежд, Кениамун вернулся к своей колеснице. Впечатление, произведенное на него предсказанием Абракро, потускнело перед улыбающейся возможностью уничтожить Хартатефа, и притом уничтожить таким радикальным способом, что нечего уже будет бояться ни его злобы, ни мщения. Возможность же брака между Саргоном и Нейтой он отрицал, как пустую фантазию. Никогда ассириец не проявлял ни малейшего интереса к Нейте. А самое главное — девушка любит его.
Жара становилась удушливой. Кениамун, забывший позавтракать, почувствовал, что желудок начинает возмущаться таким непривычным постом. Он решил поскорее вернуться домой. Но, завидев впереди большой красивый дом, изменил решение.
— Зайду — ка я позавтракать к прекрасной Ноферуре, — пробормотал он. — Я еще не отдал визита ей и Роме, а она так хорошо расположена к воинам Хатасу! — циничная улыбка скользнула по его губам. — Этот долг вежливости окупится великолепным завтраком и веселым разговором.
Сойдя с колесницы, Кениамун отправил ее домой. Как он и предполагал, хозяйка была дома и принимала. Молодой раб провел его на тенистую террасу, окруженную благоухающими кустами. Около стола с женской работой расположилась на ложе молодая женщина лет девятнадцати. Негритянка обмахивала ее опахалом. Это была красивая особа семитского типа, высокая и стройная. Несмотря на правильность черт и блеск глаз, лицо Ноферуры было неприятным из — за грубого, чувственного рта и скучающего, недовольного вида.
Увидев Кениамуна, она без стеснения потянулась и, оттолкнув негритянку, посадила молодого человека рядом с собой на ложе.