Охват между Верденом и Люксембургом нельзя было признать удовлетворительным решением вопроса. Армия, форсировавшая Маас севернее Вердена, при захождении к югу, имея в тылу Бельгию, а на левом фланге Верден, подвергалась опасности быть отрезанной от своей коммуникационной линии в то время, как ее обнаженному правому флангу могли угрожать войска противника, бывшие до того времени в резерве. Надо было решиться на проход через Бельгию. Обстановка принуждала нас к этому.
Пространство между Швейцарской и Люксембургской границей было слишком узко для современных миллионных армий. Для развертывания этих масс нужно было расширить театр военных действий.
В случае, если бы мы тем не менее ограничились только фронтальным наступлением, то для нас создалась бы опасность наступления со стороны Бельгии французов совместно с англичанами и, вероятно, с бельгийцами. Наше наступление было бы поставлено под сильнейшую угрозу с фланга. Нельзя было думать, что французы, предприняв наступление, ограничатся узким пространством между верхним Рейоном и Люксембургом.
Принятие в расчет при разрешении вопроса об операционном плане помощи итальянцев большой роли играть не могло. Обещанную присылку итальянских корпусов на наш левый фланг на верхний Рейн Шлиффен считал «иллюзией». Почти половина итальянской армии удерживалась на альпийской границе двумя французкими корпусами. Каждая из этих армий хотела дождаться наступления, которое ни одна сторона совсем не предполагала начинать. Приходилось ожидать, что и эти два корпуса французы скоро подтянут против нас, причем едва ли в этом случае пришлось бы им опасаться вторжения итальянцев со стороны Альп.
Граф фон Шлиффен
Так менялась постепенно обстановка в первые годы служебной деятельности графа Шлиффена на посту начальника Г.Ш. Он с этим считался.
Сначала он стоял еще на точке зрения Мольтке и Вальдерзее. Фронтальное наступление против французской линии крепостей явилось бы негодным средством уже по одному тому, что для этого у нас не было достаточно тяжелой артиллерии; французы же, ожидая нашего наступления, вероятно, оставались бы за линией крепостей. При этих условиях на западе нельзя было бы добиться скорой развязки. Если бы мы захотели использовать наши главные силы на западе, то нам пришлось бы, в случае наступления русских, перебросить на восток значительную часть наших корпусов и, быть может, раньше, чем французы вышли бы за свою укрепленную линию. Казалось, что русские на Немане и Нареве будут обороняться, направив главные силы против Австрии. При этом возникал вопрос, достаточно ли сильна Австрия, чтобы дать отпор такому наступлению. Поражение Австрии правело бы нас к единоборству с русской и французской армиями. Поэтому нельзя было Австрию предоставить самой себе.
Вскоре однако граф Шлиффен стал считать наиболее сильным и опасным врагом Германии Францию, против которой и следовало наступать возможно большими силами. Оставаясь за линией своих фортов, она не могла добиться той цели, к которой определенно стремилась, то есть завоевать потерянные провинции. Ей неизбежно пришлось бы наступать. Тем не менее граф Шлиффен считал нужным совместно с австрийцами наступать и против России, так как в противном случае австрийцы отказались бы от наступления против русских и мы были бы либо разгромлены в Восточной Пруссии, либо принуждены к поспешному отступлению. Имевшийся у Шлиффена на этот случай план наступления представляет большой интерес. Вести наступательную операцию в том виде, как этого хотели Мольтке и Вальдерзее (см. выше), т.е. по двум направлениям, удаленным друг от друга большим расстоянием и сходящимся у Варшавы, он считал невозможным. Теперь уже мобилизация и стратегическое развертывание русских заканчивались скорее, чем раньше.
По плану Шлиффена вооруженные силы на востоке должны были сосредоточиться в одном месте и наступать против русских по двум направлениям: германцы из Верхней Силезии и Познани к Висле выше Ивангорода и австрийцы из Западной Галиции. Восточная Пруссия оборонялась небольшими силами. Наступление против Франции Шлиффен разработал в период 1891—1899 гг. Трудности фронтального наступления заставляли строить расчеты на охвате, который в начале должен был вестись одновременно с фронтальным наступлением. В отношении быстроты мобилизации и стратегического развертывания французы опережали нас. Поэтому нельзя было в своих расчетах заходить слишком далеко. Наше стратегическое развертывание должно было иметь в виду две возможности: одну — в том случае, если бы противник по окончании своего развертывания продолжать двигаться вперед, к переходу в контрнаступление и другую в том случае, если бы французы оставались позади линии своих крепостей, к переходу в наступление.
На рубеже 20-го века для развертывания на линии С. Вит — Трир — Саарбрюкен — Саарбург — Страсбург намечались шесть армий, седьмую армию предполагалось держать за правым флангом в районе Дюрен — Калль и южнее. 1 и 2 армии должны были перейти мост у Доншери-Стене, причем прикрывать их правый фланг от бельгийцев должна была 7 армия. Левее 1 и 2 армии должна была наступать через Маас 3-я армия, 4 я и 5-я армии должны были занять Нанси Фруар-Пон С. Венсен и двигаться под прикрытием 3 армии южнее Туля через Мозель в направлении Нефшато. 6-ая армия прикрывала левый фланг. Участок Верден — Туль первоначально атаковать не предполагалось.