— О, Иванец собака! сказал, понизив голос, Гвинтовка: — уж только в кого вцепится, то не отстанет. Как же решили быть раде? По нашему?
— Конечно. Решили, чтоб старшина собралась избрать гетмана в шатер, а чернь чтоб сама по себе избирала, кого пожелает.
— И Сомко согласился?
— Согласился поневоле; только видишь: наш Бруховецкий ведет своих пешком и без оружия, по уговору, а Сомковцы величаются на конях и в полном вооружении. Сомко, я слышал, хочет стрелять из пушек, если рада кончится не по его вкусу.
На это Гвинтовка засмеялся и сказал:
— Пускай себе стреляет на здоровье!
Так потолковавши, приятели пожали один другому руку и расстались, значительно кивнувши головою.
Смотрит Петро — тут и кузнец толкается промеж народа, с молотом на плече.
— Ты чья сторона, Остап? Запорожская? спрашивает его пастух с длинным деревянным крючком в руке.
— Чтоб они пропали тебе все до одного, эти проклятые запорожцы!