Следующая выписка из письма Гоголя к отцу от 22 января 1824 года покажет, какое участие принимал отец в образовании его артистических способностей.
"Скрипку и другие присланные вами мне вещи исправно получил. ------Извините, что я вам не посылаю картин. Вы, видно, не поняли, что я вам говорил; потому что эти картины, которые я вам хочу послать, были рисованы пастельными карандашами и не могут никак дня пробыть, чтоб не потереться, ежели сейчас не вставить в рамки. И для того прошу вас и повторяю прислать мне такой величины, как я вам писал, т.е. две таких, которые бы имели 3/4 аршина в длину и 1/2 аршина в ширину, а одну такую, которая бы имела 1 1/4 длины и 3/4 ширины, да еще маленьких две 1/4 и 2 вершка длины и 1/4 ширины. Посылаю вам при сем "Вестник Европы" в целости и прошу вас покорнейше прислать мне комедии, как-то: "Бедность и благородство души", "Ненависть к людям и раскаяние", "Богатонов или Провинциал в столице", и еще ежели каких можно прислать других, за что я вам очень буду благодарен и возвращу в целости. Также, ежели можете, то пришлите мне полотна и других пособий для театра. Первая пьеса у нас будет представлена "Эдип в Афинах", трагедия Озерова. Я думаю, дражайший папенька, вы не откажете мне в удовольствии сем и прислать нужные пособия, так, ежели можно, прислать и сделать несколько костюмов, - сколько можно, даже хоть и один; получше, ежели бы побольше; также хоть немного денег. Сделайте только милость, не откажите мне в этой просьбе. Каждый из нас уже пожертвовал что мог, а я еще только. Как же я сыграю свою роль, о том я вас извещу.----------Я переменился как в нравственности, так и в успехах. Ежели бы вы увидели, как я теперь рисую! (я говорю о себе без всякого самолюбия)".
Из письма от 13 июня 1824 года видно, что Гоголь был в то время полон жажды впечатлений природы и поэзии. Он мечтает о поездке на каникулы домой и просит прислать ему на дорогу несколько книг из Кибинец, то есть из библиотеки Трощинского.
"Но вместо повестей (говорит он), пришлите вы нам[24] книгу под заглавием: "Собрание образцовых сочинений в стихах", с портретами авторов, в шести томах".
Доказательством, что Гоголь видал игру домашних актеров в Кибинцах или в Васильевке и пользовался уроками своего отца в сценическом искусстве, может служить следующее место из письма его к отцу:
"Сделайте милость, объявите мне: поеду ли я домой на Рождество? то, по вашему обещанию, прошу мне прислать роль. Будьте уверены, что я ее хорошо сыграю".
После этого еще понятнее будет, каким ударом была для Гоголя смерть его отца. Чувства его выражены в следующем письме к матери[25].
"1825-го года, апреля 23 дня. Нежин. Не беспокойтесь, дражайшая маменька! я сей удар перенес с твердостью истинного христианина. Правда, я сперва был поражен ужасно сим известием, однако ж не дал никому заметить, что я был опечален; оставшись же наедине, я предался всей силе безумного отчаяния; хотел даже посягнуть на жизнь свою. Но Бог удержал меня от сего, и к вечеру приметил я в себе только печаль, но уже не порывную, которая наконец превратилась в легкую, едва приметную меланхолию, смешанную с чувством благоговения ко Всевышнему. Благословляю тебя, священная вера! в тебе только я нахожу источник утешения и утоления своей горести. Так, дражайшая маменька, я теперь спокоен, хотя не могу быть счастлив, лишившись лучшего отца, вернейшего друга, всего драгоценного моему сердцу. Но разве не осталось ничего, что б меня привязывало к жизни? разве я не имею еще чувствительнейшей, нежной, добродетельной матери, которая может мне заменить и отца, и друга и всего? Что есть милее? что есть драгоценнее? ---------".
Во второй приписке к этому письму Гоголь просит прислать ему 10 рублей (ассигнациями) для покупки книги "Курс российской словесности" и прибавляет: "На свои нужды мне ничего ненадобно".
Мать под влиянием горести долго не отвечала сыну на это, и еще на два письма. Он мучился опасениями за ее жизнь и писал к ней через месяц: