Д'Альбукерк, находившийся на берегу, бросился на помощь товарищам, но был серьезно ранен. Его вытащили из схватки с проломленной головой и с пронзенной рукой.
Теперь, наконец, д'Альбукерк остался повелителем Португальской Индии и начал осуществлять свои планы. Прежде всего он решил завладеть давно облюбованной им Гоа. Слабый гарнизон города сдался, и д'Альбукерк тщательно укрепил город. Но прежний правитель Гоа, Адиль Хан, собрав большую армию, осадил португальцев и принудил их покинуть город и укрыться на кораблях. Муссоны мешали кораблям преодолеть мели, пересекавшие устье реки, и флот д'Альбукерка оказался в ловушке. На кораблях начались голод и цынга.
Адиль Хан прислал д'Альбукерку провизию. Он писал, что хочет одолеть португальцев не голодом, а силой. Однако д'Альбукерк, опасаясь, что Адиль Хан поймет, в каком тяжелом положении находятся португальцы, с извинениями вернул провизию назад, написав, что португальцы ни в чем не нуждаются. Более того, когда к д'Альбукерку явились парламентеры Адиль Хана, на кораблях португальцев гремел пир, столы ломились от яств, бойцы и моряки поднимали чарки и пели застольные песни. На самом деле это был спектакль, специально инсценированный д'Альбукерком для послов Адиль Хана. Провизию и вина взяли из неприкосновенных запасов, предназначавшихся для раненых и больных. Голодным бойцам д'Альбукерка запрещено было прикасаться к закускам и винам.
Лишь в августе муссоны прекратились, и флот д'Альбукерка получил возможность уплыть из Гоа. Но в ноябре 1510 года д'Альбукерк вернулся и снова захватил город. Три дня в Гоа шли убийства и грабежи. Были перебиты все мусульмане без различия пола и возраста. Став господином Гоа, д'Альбукерк решил превратить этот город в столицу Португальской Индии.
«В Кочине, – писал д'Альбукерк королю, – нельзя срезать ветки без разрешения раджи. Если один из моих людей откажется заплатить на базаре требуемую цену или затронет мусульманскую женщину, форт подвергается осаде. В Кочине лишние 500 человек вызывают голод. Там нет ни мяса, ни рыбы, а куры слишком дороги.
В Гоа множество говядины, рыбы, хлеба и овощей, и лишние 2 ООО человек никак ие отразятся на снабжении города. В Гоа есть пушкари, оружейники, столяры, судостроители, – все, что нам нужно».
Д'Альбукерк твердо решил сделать Гоа столицей португальских колоний. Он развил лихорадочную деятельность – строил крепость, церковь и дома, чеканил монету, сооружал корабли. Д'Альбукерк принимал меры, чтобы португальцы прочно осели в Гоа, наделял их землею; женил португальских солдат и матросов на мусульманских и индусских женщинах. Против этого стало протестовать духовенство. Тогда д'Альбукерк заявил:
– Хорошо, пусть эти браки не совсем соответствуют законам христианства, но зато они полностью отвечают целям д'Альбукерка.
Энергичная деятельность д'Альбукерка многим не нравилась. В Португалию посылались жалобы. Д'Альбукерка обвиняли в том, что он готовил из Гоа столицу для собственного княжества. Короля Маноэля убеждали, что надо отказаться от Гоа.
Д'Альбукерк не сдавался и писал Васко да Гаме: «Король вам верит. Просите его удерживать Гоа до дня страшного суда».