— Мне не хватает слов выразить вам, как вы меня огорчаете, командир; мы провели вместе столько времени…
— Но, мой милый мальчик, меня не было с вами при отобрании судна.
— Я исполнил только то, что вы сделали бы сами, не случись несчастья.
— Не знаю. Я много думал об этом вопросе; и мне кажется, что французы непременно разбили бы нас, если бы мы на них напали в открытом море. Ваш же образ действий оказался куда правильнее. Нет, слушайте, Мильс: вот все, что я могу сказать вам. Отправляйтесь теперь на остров, забирайте все, что вы там оставили. Оттуда вы ведь едете в Кантон?
— Да, это было мое намерение, и я рад, что, повидимому, вы одобряете его.
— Приехав туда, нагрузите шкуну всем, что вам не понадобится в Кантоне, например: медью и другими английскими товарами, которые я повезу в Нью-Йорк, пока вы будете продолжать плавание на «Кризисе», так как это право принадлежит исключительно одному вам.
Напрасно я приводил всевозможные доводы, чтобы уговорить Мрамора: его решение было непоколебимо. В тот же вечер он перешел на «Полли», приняв его под свою команду.
Глава XIX
Обменявшись с китоловным судном несколькими фразами, мы возвратили ему лодку, а сами направились к острову.
Через десять дней после встречи с Мрамором мы прибыли благополучно к месту нашего назначения.