— Какое?
— Обещайте, что те лица, которые были со мною на вашем корабле, могут спокойно оставить его, и вы не причините им зла!
— Обещайте, Вальтер! — послышался голос из толпы.
— Обещаю вам!
Священник подошел к обоим матросам. Во время разговора на них перестали обращать внимания и теперь увидели, что Фид сидит на палубе с расстегнутым воротом, с веревкой на шее и с трогательною нежностью поддерживает голову почти бесчувственного негра, которую он положил к себе на колени.
— Этот, по крайней мере, уйдет от злобы своих врагов, — сказал священник, взяв мозолистую руку негра. — Конец его страданиям близок. Друг мой, как зовут вашего товарища?
— Не все ли равно, как звать человека, который готовится умирать? — отвечал Фид, печально опустив голову. — Он был записан в корабельных книгах под именем Сципиона Африканского, родом из Гвинеи. Зовите его Сципионом, если угодно: он вас поймет. Послушай-ка, дружище, дай-ка руку! Час тому назад он живо бы сделал это, а вот до чего можно довести даже гиганта!
— Он скоро умрет?
— Ничего я не знаю, — сказал Фид, глотая слова от волнения. — Когда осталось так мало времени, пусть говорит, что хочет. Может-быть, он вздумает сказать что-нибудь своим африканским друзьям; конечно, вам тогда придется отыскать человека, который передал бы это поручение… А? Что ты сказал, дружище? Видите, его мысли начинают проясняться.
— Фид, взять ожерелье… — пролепетал негр.