Уильдер улыбнулся, довольный своим успехом, и повернулся, чтобы пройтись по шканцам, где встретил еще раз спокойный, задумчивый, но удивленный взгляд мистрис Уиллис.
— По тому мнению, которое вам было угодно выразить об этом корабле, — произнесла она с холодной иронией, — я не ожидала увидеть вас здесь на посту, возлагающем на вас такую ответственность.
— Вы, конечно, знаете, — ответил молодой моряк, — о несчастном случае, происшедшем с командиром этого корабля?
— Я знала это и слышала, что нашли другого офицера для исполнения его обязанностей. Но полагаю, что, подумав, вы не найдете странным мое удивление, когда я узнала, что этим офицером являетесь вы.
— Наши разговоры, сударыня, может-быть, внушили вам неблагоприятное мнение о моих морских талантах; но прошу вас изгнать из ваших мыслей всякое беспокойство в этом отношении, потому что…
— Я не сомневаюсь, что вы очень опытны в вашем искусстве. Будем ли мы иметь удовольствие видеть вас в продолжение всего переезда, или вы нас оставите, когда мы выйдем из порта?
— Мне поручено вести корабль все время его путешествия.
— В таком случае, мы можем надеяться, что та опасность, которую вы видели или воображали, что видите, стала меньше в ваших глазах; иначе вы старались бы не подвергаться ей вместе с нами.
— Вы несправедливы ко мне, сударыня, — ответил Уильдер, бросая, сам того не замечая, восхищенный взор на Гертруду, которая внимательно слушала разговор, — нет такой опасности, которой я не подвергся бы охотно, чтобы только обеспечить безопасность вам и этой молодой даме.
— Эта дама должна почувствовать рыцарский характер вашего поступка, — сказала мистрис Уиллис.