Наступило глубокое молчание. Судно в это время проходило у маленького островка. Невольничий корабль был прямо на его дороге, и весь экипаж смотрел на него с глубоким интересом, желая знать, возможно ли пройти мимо подветренной стороны. Эта мера была желательна, так как каждый моряк считает своим долгом и своей гордостью оставлять за собою почетную сторону при встрече с кораблями.
Уильдер чувствовал, что приближается критический момент. Надо помнить, что он совершенно не знал намерений Корсара, и так как тот был вне выстрелов форта, то ему было нетрудно броситься на свою добычу и овладеть ею на глазах всего города.
Положение двух кораблей благоприятствовало такому предприятию.
Необычность и дерзость подобного нападения отлично гармонировала бы с решительностью Корсара.
Но Уильдер не заметил на мнимом невольничьем судне ни одного признака, который указывал бы на намерение уехать или даже переменить положение. Можно было заметить лишь одного человека среди снастей, парусов и мачт; это был матрос, сидевший на одной из мачт. Он сидел с подветренной стороны, и Уильдер тотчас же подумал, что он готовится бросить абордажный крюк, чюбы сцепиться с «Королевской Каролиной». Желая предупредить опасную встречу, Уильдер решил перехитрить его. Подозвав лоцмана, он сказал ему, что попытка пройти мимо невольничьего корабля по ветру будет иметь очень сомнительный успех и что безопаснее пройти под ветром.
— Не бойтесь ничего, капитан, не бойтесь ничего, — ответил лоцман, с тем большей ревностью относившийся к своей власти, что она была недолговечна. — Никто не мешает нам держаться наветренной стороны.
— Если вы столкнетесь с невольничьим кораблем, — решительно произнес Уильдер, — кто заплатит за повреждения?
— Моя жена зачинит каждую дыру в вашем парусе, которую я сделаю, — ответил упрямый лоцман.
— Это прекрасные слова, но вы потеряли уже верное направление, и прежде, чем вы кончите вашу болтовню, оно налетит на невольничий корабль. Поставьте паруса! Прикажите!
— Да, да, поставить паруса! — повторил лоцман, который, видя, что трудность прохождения по ветру все увеличивается, начал колебаться в своем решении.