— Не оспой ли, Джобъ? Въ городѣ не чума, а оспа.
— Да. Одни ее называютъ оспой, другіе заразой, а это попросту чума. Король не впускаетъ провизію въ Бостонъ, а чумы и холода не могъ не впустить.
— Надѣюсь, что я тебя не подвелъ подъ зараженіе, Джобъ. Я не зналъ. Что ты мнѣ раньше не сказалъ? Я бы тебя не послалъ. Я бы самъ пошелъ, потому что не боюсь заразы: мнѣ оспа привита еще въ дѣтствѣ.
Джобъ ничего не отвѣтилъ. У него истощился весь запасъ мыслей по этому вопросу. Они пошли вмѣстѣ. Черезъ нѣсколько времени Джобъ спросилъ, куда они идутъ.
— Въ королевскую капеллу, — отвѣчалъ Ліонель. — Ты мнѣ будешь тамъ нуженъ.
Глава XXII
Удались! Ты слишкомъ похожъ на духа Банко! Шекспиръ. «Макбетъ».
Войдя въ королевскую церковь, Ліонель съ удовольствіемъ замѣтилъ, что въ ней не холодно, что она еще не успѣла остыть послѣ воскресныхъ службъ. Джобъ развелъ новый огонь въ печахъ, зная, гдѣ лежатъ дрова. Отъ фонаря зажгли свѣчи, и церковь освѣтилась. Когда всѣ приготовленія были окончены, Ліонель сѣлъ на скамейку, а Джобъ пристроился у одной изъ затопленныхъ имъ печей и крѣпко заснулъ подъ вліяніемъ охватившаго его тепла послѣ испытаинаго имъ сильнаго холода.
Мысли Ліонеля были въ какомъ-то разбродѣ. Какъ ни старался онъ ихъ собрать, ничего не выходило. Онъ всталъ, подошелъ къ окну, посмотрѣлъ на улицу, по которой мела метель, и вернулся на прежнее мѣсто. При мерцаніи свѣчей ему вездѣ мерещились какія-то странныя тѣни, и было жутко. Онъ снова всталъ и обошелъ всю церковь, заглянулъ за каждую колонну. Никого нигдѣ не было. Только его собственные шаги съ глухой гулкостью раздавались на всю церковь.
Ліонель вернулся къ печкѣ и, желая услыхать хоть чей-нибудь человѣческій голосъ, дотронулся до Джоба ногой, чтобы разбудить его. Тотъ сейчасъ же проснулся, какъ человѣкъ съ издерганными нервами,