Все лицо несчастной женщины передернулось. Она пристально поглядѣла на деньги, слегка покраснѣла и сказала не безъ нѣкоторой гордости:
— Я очень нуждаюсь и очень страдаю отъ лишеній, но, слава Богу, еще не дошла до того, чтобы собирать милостыню на улицахъ. Желала бы я скорѣе лечь вотъ здѣсь, гдѣ-нибудь въ этой оградѣ, чѣмъ до этого дойти. Извините, сэръ, но вы, кажется, сказали что-то о маіорѣ Линкольнѣ?.
— Дѣйствительно, я сказалъ, но вамъ-то что до этого? Онъ пропалъ, и нигдѣ не могутъ его найти.
— Это случилось прежде смерти мистриссъ Лечмеръ или послѣ?
— Неужели вы думаете, что такой свѣтскій человѣкъ, какъ маіоръ Линкольнъ, скрылся бы послѣ смерти родственницы и предоставилъ бы постороннему человѣку провожать вмѣсто себя ея тѣло?
— О, Господи, прости намъ наши согрѣшенія и преступленія! — вскричала женщина и быстро удалилась, кутаясь, какъ могла, въ свои лохмотья.
Изумленный ея внезапнымъ уходомъ, Польвартъ поглядѣлъ недолго ей вслѣдъ, потомъ сказалъ, обращаясь къ незнакомцу, который еще оставался тутъ:
— Эта женщина, по моему, не совсѣмъ въ здравомъ умѣ. Я объясняю это недостаткомъ хорошаго питанія.
— Позвольте вамъ помочь перешагнуть черезъ этотъ бугоръ, — сказалъ незнакомецъ.
— Благодарю васъ, сэръ, благодарю. Хорошее питаніе — это все для здоровья. Недоѣданіе плодитъ только идіотовъ. Я всегда это говорю…