— И кошка может смотреть на короля, если ей представится случай, а не только матрос на своего судового пассажира. Но вы не беспокойтесь: тайна ваша в надежных руках; никто об этом ничего не узнает. Если мы благополучно придем в Катай, то всякому из нас достаточно будет забот о себе самом, чтобы думать о других; если же мы туда не придем, то, вероятно, никому из нас не придется вернуться в Испанию, чтобы рассказать, как утонул или как умер с голода сеньор адмирал и его высокопоставленный спутник…
— Ну, довольно! — строго сказал Колумб. — Говори, что имеешь сказать, или уходи вон, но не болтай здесь всякий вздор: у меня нет охоты слушать всякие присказки. А относительно этого сеньора советую тебе держать язык за зубами, если ты не хочешь потерять моего доверия и расположения.
— Сеньор адмирал, ваше желание для меня закон. Я пришел сюда не с пустыми речами; я пришел вам сказать, что мы, старые моряки, имеем привычку во всякое время ночной вахты наблюдать Полярную звезду, и что же? В эту ночь я увидел, что эта звезда и наш компас не согласуются между собой.
— Ты не ошибаешься? — поспешно спросил адмирал, видимо, заинтересованный этим наблюдением.
— Нет, сеньор! Вспомните, что я пятьдесят лет наблюдаю эту звезду, и скоро сорок, как свел знакомство с компасом. Но вы можете убедиться сами; звезда еще на своем месте, а компас здесь, подле вас. Сравните их показания.
Не успел Санчо еще договорить этих слов, как адмирал и дон Луи стали внимательно изучать компас. Прежде всего Колумбу пришло на мысль, что магнитная стрелка компаса почему-либо ошибается или же подвергается какому-нибудь постороннему влиянию. Но проверив компас на юте и также тот, что находился в адмиральской каюте, Колумб убедился, что Санчо был прав. Между тем, Полярная звезда никогда не изменяет своего положения в небе, и вдруг не только эти два компаса, но и другие два, находившиеся в нактоузе (то-есть компасном ящике), словом, все четыре компаса уклонились на целых шесть градусов от своего нормального направления, и вместо того, чтобы указывать прямо на север или на точку горизонта, находящуюся непосредственно под Полярной звездой, все четыре компасных стрелки уклонялись на целых шесть градусов к западу[36].
— Прежде всего, Санчо, ты никому не скажешь об этом ни слова! — сказал адмирал.
— Будьте спокойны, сеньор, я буду молчать до тех пор, пока ваше превосходительство не разрешите мне сами заговорить об этом странном явлении.
— Ну, иди, а я постараюсь выяснить, что могло повлиять на магнитные стрелки компасов и заставить их уклониться от должного направления!
— А что бы это могло быть? — спросил дон Луи, когда Санчо удалился.