— Они мне говорили о тебе, Аннина.
Аннина посмотрела на свою кузину взглядом змеи, чарующей свою жертву.
— Я уверена, что они не сказали ничего хорошего обо мне! Мне было бы даже неприятно, если бы подобные женщины хорошо обо мне отзывались.
— Да, видно, что они не любят тебя, Аннина.
— Они, может быть, тебе говорили, что я на жалованьи у Совета?
— Именно.
— Нет ничего удивительного. Порочные люди не могут поверить, что другие живут честно. Но я слышу шаги неаполитанца. Вглядись хорошенько в этого развратника, Джельсомина, и ты почувствуешь к нему то же презрение, как и я.
Дверь распахнулась, и вошел дон Камилло Монфорте. Джельсомина поднялась и ждала приближения герцога. Он заметно был поражен ее красотой и скромностью, но, боясь быть обманутым, нахмурился, когда обратился к ней.
— Ты хотела меня видеть?
— Да, я желала бы, благородный синьор. Но… Аннина…