— Имя герцога святой Агаты известно в Венеции.
— Почему ты прямо не говоришь, что ты от дона Камилло Монфорте? Чем я могу быть ему полезен?
— Каково бы ни было содержание этих бумаг, по распоряжению герцога я должен их вам передать.
Браво спокойно взял конверт. В его взгляде, остановившемся на печати и надписи, блеснуло выражение, которое доверчивый гондольер мысленно сравнил со взглядом тигра, любующегося своей добычей.
— Да, ты упоминал еще о кольце; оно с тобой? Я не люблю действовать наобум.
— В том-то и беда, что я его отдал кому-то, приняв его за вас. Но, может быть, вы знаете почерк моего хозяина, — сказал поспешно Джино. — По изложению вы сейчас узнаете, что это писал герцог Монфорте. Он мастер писать: лучше пишет, чем даже я сам.
— Но я не учился разбирать такие каракули. Скажи, кому адресован этот пакет?
— Я не смею произнести ни одного слова относительно тайны моего хозяина. Достаточно с меня и того, что он доверил мне это поручение.
Браво окинул гондольера таким взглядом, что у того вся кровь застыла в жилах.
— Я тебе приказываю громко прочесть, кому адресованы эти бумаги. Здесь нет никого, кто бы мог нас услышать.