А учитель Очкин слегка отвел меня в сторону и заговорил вполголоса, многозначительно:
— Вот теперь я вам скажу очень важную вещь. Ведь вы и не подозревали, а между тем в списке, составленном большевиками, ваше имя было одно из первых в числе кандидатов в заложники и для показательного расстрела.
Я выпучил глаза:
— И вы давно об этом знали?
— Да как сказать?.. месяца два.
Я возмутился:
— Как? Два месяца? И вы мне не сказали ни слова.
Он замялся и заежился:
— Но ведь согласитесь: не мог же я? Мне эту бумагу показали под строжайшим секретом.
Я взял его за обшлаг пальто.