Говоря таким образом, доктор тащил Боброва в павильон. Они уселись рядом. Соседом Андрея Ильича с другой стороны оказался Андреа..
Андреа, еще издали улыбавшийся Боброву, потеснился, чтобы дать ему место, и ласково погладил его по спине.
— Очень рад, очень рад, садитесь к нам поближе, сказал он дружелюбно. — Симпатичный человек… люблю таких… хороший человек… Коньяк пьете?
Андреа был пьян. Его стеклянные глаза странно оживились и блестели на побледневшем лице (только полгода спустя стало известно, что этот безупречно сдержанный, трудолюбивый, талантливый человек каждый вечер напивался в совершенном одиночестве до потери сознания)…
«А и в самом деле, может быть, станет легче, если выпить, — подумал Бобров, — надо попробовать, черт возьми!»
Андреа дожидался с наклоненной бутылкой в руке. Бобров подставил стакан.
— Та-ак? — протянул Андреа, высоко подымая брови.
— Так, — ответил Бобров с печальной и кроткой улыбкой.
— Ладно! До которых пор?
— Стакан сам скажет.