— Здравствуйте, Полубояринов, — сказал Затонский, задыхаясь от быстрой
ходьбы. — Вы знаете, что мы с вами в одной партии?
— Да, благодарю вас. — Борис пожал ему руку и, видя, что Затонский хочет уйти, задержал его и добавил: — Пожалуйста, пойдемте вместе. Вы знаете, я ведь в первый раз, так не согласитесь ли вы быть моим Вергилием?
— С удовольствием, — отвечал Затонский, широко улыбаясь. — Мне самому в первый-то раз жутко было.
Но Борис не хотел признаться в своей нерешительности.
— Мне не то чтобы жутко, — сказал он, — а просто я не знаю, куда там нужно идти, что делать, как держать инструмент.
— Э, пустяки! Вам и резать-то ничего не придется. Так, сначала только
посмотрите, пока не привыкнете.
III
Они вместе вошли в шинельную и разделись. Борису казалось, что он уже отсюда слышит тяжелый, гнилой запах. Он вздрогнул от какого-то ощущения, похожего на холод, и — странно — после этого уже никак не мог согреться и все дрожал мелкой нервной дрожью.