— Пиратушка, миленький, да будет притворяться! Ну, пошутил — и будет. Вставай! Вставай же, голубчик!
Пират не шевелился. Тогда старик от мер кротости переходил к запугиванию.
— Слышь, Пиратка, вставай! Солдат идет…
Пират на это предостережение не обращал никакого внимания.
— Вставай, Пиратка, — дворник идет!
Пират продолжал лежать.
Нищий пробовал после солдата и дворника пугать Пиратку и собачьей будкой, и пьяным купцом, и хозяином заведения, и многими другими лицами и учреждениями, имеющими власть. Но угрозы оказывались безуспешными.
Пират был мертв.
Тогда внезапно старика осеняла блестящая мысль.
Он наклонялся к самому уху собаки и говорил испуганным шепотом: