Сергей, долго глядевший с любопытством и удивлением на эту сцену, тихонько толкнул старика в бок.
— Дедушка Лодыжкин, что? же это такое с ним? — спросил он шепотом. — Никак, драть его будут?
— Ну вот, драть… Такой сам всякого посекет. Просто — блажной мальчишка. Больной, должно быть.
— Шамашедчий? — догадался Сергей.
— А я почем знаю. Тише!..
— Ай-яй-а-а! Дряни! Дураки!.. — надрывался все громче и громче мальчик.
— Начинай, Сергей. Я знаю! — распорядился вдруг Лодыжкин и с решительным видом завертел ручку шарманки.
По саду понеслись гнусавые, сиплые, фальшивые звуки старинного галопа. Все на балконе разом встрепенулись, даже мальчик замолчал на несколько секунд.
— Ах, боже мой, они еще больше расстроят бедного Трилли! — воскликнула плачевно дама в голубом капоте. — Ах, да прогоните же их, прогоните скорее! И эта грязная собака с ними. У собак всегда такие ужасные болезни. Что же вы стоите, Иван, точно монумент?
Она с усталым видом и с отвращением замахала платком на артистов, сухопарая красноносая девица сделала страшные глаза, кто-то угрожающе зашипел… Человек во фраке быстро и мягко скатился с балкона и с выражением ужаса на лице, широко растопырив в стороны руки, подбежал к шарманщику.