Говоря таким образом, дворник вытащил из кармана кусок колбасы и швырнул его пуделю. Арто поймал его на лету, проглотил в один прием и искательно завилял хвостом.
— Кончил? — коротко спросил Лодыжкин.
— Да тут долго и кончать нечего. Давай пса — и по рукам.
— Та-ак-с, — насмешливо протянул дедушка. — Продать, значит, собачку?
— Обыкновенно — продать. Чего вам еще? Главное, папыч у нас такой скаженный. Чего захотелось, так весь дом перебулгачит. Подавай — и все тут. Это еще без отца, а при отце… святители вы наши!.. все вверх ногами ходят. Барин у нас инженер, может быть, слышали, господин Обольянинов? По всей России железные дороги строят. Мельонер! А мальчишка-то у нас один. И озорует. Хочу поню живую — на тебе поню. Хочу лодку — на тебе всамделишную лодку. Как есть ни в чем, ни в чем отказу…
— А луну?
— То есть в каких это смыслах?
— Говорю, луну он ни разу с неба не захотел?
— Ну вот… тоже скажешь — луну! — сконфузился дворник. — Так как же, мил человек, лады у нас, что ли?
Дедушка, который успел уже в это время напялить на себя коричневый, позеленевший на швах пиджак, гордо выпрямился, насколько ему позволяла вечно согнутая спина.