— Очень рад, очень рад, садитесь к нам поближе, — сказал он дружелюбно. — Симпатичный человек… люблю таких… хороший человек… Коньяк пьете?
Андреа был пьян. Его стеклянные глаза странно оживились и блестели на побледневшем лице (только полгода спустя стало известно, что этот безупречно сдержанный, трудолюбивый, талантливый человек каждый вечер напивался в совершенном одиночестве до потери сознания)…
«А и в самом деле, может быть станет легче, если выпить, — подумал Бобров, — надо попробовать, чорт возьми!»
Андреа дожидался с наклоненной бутылкой в руке. Бобров подставил стакан.
— Та-ак? — протянул Андреа, высоко подымая брови.
— Так, — ответил Бобров с печальной и кроткой улыбкой.
— Ладно! До которых пор?
— Стакан сам скажет.
— Прекрасно. Можно подумать, что вы служили в шведском флоте. Довольно?
— Лейте, лейте.